Эльвира Набиуллина о перспективах развития экономики и улучшении инвестиционного климата

    By Soroman
    In Новости
    Июл 10th, 2019
    0 Comments
    61

    «Важно увеличить потенциал и использовать все возможности, которые есть у экономики, для того чтобы повысить темпы экономического роста, – отмечает Эльвира Набиуллина, глава Банка России. – В конечном счете, увеличить благосостояние людей можно только за счет структурных преобразований, которые будут способствовать перераспределению ресурсов, как трудовых, так и финансовых, в сферы с большей отдачей и большей производительностью».

    Далее – мнение Эльвиры Набиуллиной от первого лица.

    Основное, что нужно сделать для того, чтобы экономика начала расти, – это улучшить инвестиционный климат. Здесь нельзя заниматься смещением фокуса экономической политики и отвлечением внимания на не первостепенные факторы. В этом году Правительство приступило к реализации национальных проектов, которые как раз и призваны снять эти структурные ограничения. Эти проекты, предполагающие инвестиции в образование, здравоохранение, инфраструктуру при эффективном управлении ими должны сработать.

    Но есть две серьезные проблемы, которые нельзя замалчивать, если мы действительно хотим добиться устойчивого роста экономики.

    Первое – нужно создать стимулы для предпринимательской инициативы. Экономический рост создает бизнес, а не государство. Государственные инвестиции не могут заменить собой частные. И даже в случае успешной реализации нацпроектов в их государственной части нет никакой гарантии на то, что они создадут соразмерный, мультипликативный эффект через расширение частных инвестиций. Важно подчеркнуть, что частные инвестиции – это не кредиты, полученные под низкие проценты в банках под госгарантии. Частные инвестиции – это, прежде всего, дополнительный акционерный капитал, собственные средства крупного бизнеса и малых предпринимателей, которыми они готовы рискнуть в расчете на будущий рост своего бизнеса и своей прибыли. А готовность взять на себя этот риск напрямую зависит от пресловутого инвестиционного климата.

    Вторая проблема заключается в том, что структурное изменение требует времени. Сначала из-за высоких цен на нефть, потом из-за необходимости сконцентрироваться на укреплении макроэкономической стабильности мы откладывали проведение многих назревших структурных реформ, а теперь хотим быстрого результата. Но никаких простых решений не бывает. Если действительно ограничивающим является один фактор – в нашем случае это, прежде всего, инвестиционный климат – как бы мы ни меняли другие факторы, улучшения ситуации не получим.

    Важно подчеркнуть, что улучшение инвестиционного климата не сводится только к сокращению административных барьеров. Нужна защита частной собственности, нужны независимые суды, лучшее качество корпоративного управления, развитие человеческого потенциала.

    Что может и должна сделать финансовая система, чтобы способствовать экономическому росту? Прежде всего, она должна стать частью структурных изменений через формирование долгосрочного инвестиционного ресурса, развитие фондового рынка и настроенности на кредитование эффективных проектов. Если говорить о кредитовании реального сектора, то, безусловно, Банк России очень заинтересован в том, чтобы оно развивалось. В рамках подходов так называемого стимулирующего регулирования мы будем стремиться делать корпоративное кредитование более привлекательным для банков.

    С точки зрения развития долгосрочных инвестиций, ключевым участником финансовой системы являются пенсионные фонды. Наша политика направлена на повышение роли негосударственных пенсионных фондов как источника длинных денег. Мы уже поменяли регулирование таким образом, чтобы стимулировать долгосрочные вложения НПФ в реальный сектор, разрешили не переоценивать активы из-за краткосрочных колебаний рынка, расширили возможности по инвестированию в концессионные облигации, ввели ограничения на объем вложений в финансовый сектор. Сейчас мы можем наблюдать, как вложения НПФ в финансовый сектор снижаются, а вложения в реальный сектор на этом фоне растут, причем потенциал для дальнейшего роста все еще существует.

    Относительно новая тема – это развитие зеленого инвестирования. Социально ответственный экологичный бизнес должен получать лучшие условия на финансовом рынке. Это именно те компании, которые думают о будущем. Сейчас мы работаем вместе с Министерством экономического развития над принципом раскрытия нефинансовой информации компаниями, в том числе об экологической и финансовой ответственности. Уже прошли первые выпуски зеленых облигаций. И все же green financing у нас еще воспринимается как экзотика. На развитых же рынках такой вид инвестирования уже стал реальным фактором инвестиционной политики, которая влияет на доступ компаний к капиталу. Важно развивать его и в России.

    Теперь о тех вызовах, которые стоят непосредственно перед финансовой сферой и регулятором.

    Первый и основной из них связан с дигитализацией. Это главный драйвер изменений в финансовой сфере, в трансформации бизнес-моделей. Российский финансовый сектор вполне успешно «оседлал» цифровую волну. По оценкам, мы на третьем месте в мире по проникновению финансовых технологий.

    Тем не менее дигитализация требует больших инвестиций. Билет в цифровой мир дорог и не по карману небольшим участникам рынка. Но дорога именно инфраструктура, а на ее базе даже небольшие участники смогут предложить инновационную конкурентоспособную продукцию. Именно поэтому мы запустили наши инфраструктурные проекты: биометрия, маркетплейс, система быстрых платежей. В конечном итоге, мы создаем инфраструктуру не только и не столько для финансового рынка, сколько для потребителей.

    Второй вызов напрямую вытекает из первого. Это обладание и управление данными. Большие финансовые и нефинансовые институты, которые владеют несопоставимыми с игроками меньших размеров объемами данных будут становиться новыми монополиями. Мы считаем важным создать условия недискриминационного доступа к данным.

    Третий и самый масштабный вызов связан с развитием платформенных решений, когда один продавец может предлагать разные типы финансовых продуктов (банковские, страховые, инвестиционные и даже нефинансовые сервисы, например, медицинские). Мы начинаем думать о том, чтобы открыть финтеху прямой доступ к операциям с Центральным Банком.

    Мы понимаем, что в финансовом секторе работать сложно. Экономическая конъюнктура и долгосрочные тренды показывают, что с каждым годом конкуренция будет жестче, маржа ниже, традиционные бизнес-модели будут быстро уходить в прошлое, но наша финансовая система сформировала достаточный запас прочности, так что мы сможем справится со всеми вызовами.

    Эти заявления главы ЦБ РФ о траектории развития инфляционных процессов и векторе денежно-кредитной политики, могут являться достаточно очевидным сигналом о готовности регулятора к реализации шага по еще одному снижению ставки уже на июльском заседании.

    С учетом того факта, что на мировых рынках сохраняются ожидания возвращения мировых ЦБ (ФРС и ЕЦБ) к монетарным стимулам, у отечественных монетарных властей  сейчас есть достаточно места для маневра по снижению ставки на 25 б.п. Также в заявлениях Набиуллиной есть сигналы и о том, что вопрос о снижении ставки сразу на 50 б.п. также будет рассматриваться.

    Источник: Financial One

    • Аналитика

    • Подпишись на новости!