Алексей Тимофеев: Предложения Банка России слишком патерналистские.

By Igor Antonov
In Интервью
Окт 6th, 2016
0 Comments
361
Алексей Тимофеев Науфор

Президент НАУФОР Алексей Тимофеев

Фондовый рынок может остаться без розничных инвесторов — Банк России предлагает запретить неквалифицированным клиентам самостоятельные операции на нем. Президент Национальной ассоциации участников фондового рынка (НАУФОР) Алексей ТИМОФЕЕВ в интервью Банки.ру рассказал, как профессиональное сообщество будет действовать в этой ситуации.

— Какой логикой руководствуется ЦБ, ужесточая регулирование, и как вы видите защиту инвестора на фондовом рынке?

— Я думаю, что Банком России движет беспокойство за массового неквалифицированного инвестора. Мы эту озабоченность разделяем. Мы не меньше, чем регулятор, надеемся на приход массового инвестора и связанное с этим развитие бизнеса, и считаем, что существующий уровень защиты неквалифицированных инвесторов должен быть повышен по сравнению c существующим. Банк России предложил свою концепцию защиты интересов инвесторов, вызвавшую острую дискуссию. Ее острота объясняется тем, что предложения, который сделал регулятор, заставляют индустрию сомневаться в приходе массового инвестора, на что она рассчитывала. Свою роль сыграло и предположение вины индустрии в отсутствии массового инвестора. Понятно, что вовсе не недоверие к индустрии было причиной отсутствия граждан на фондовом рынке, и большинство граждан, уже совершающих операции на рынке, вполне удовлетворены своими отношениями с финансовыми организациями.

По-моему, спор идет не о том, нужно ли повышать уровень защиты интересов инвесторов, а о том, насколько все плохо и что именно нужно сделать для повышения такого уровня. В концепции Банка России есть меры, которые нам кажутся разумными, а есть меры, которые чрезмерны — не оправданы необходимостью и могут привести к результату, обратному желаемому.

— Что вам кажется чрезмерным?

— Сначала о тех мерах, которые мы поддерживаем. Во-первых, мы согласны с введением требования о составлении инвестиционного профиля клиента для оказания услуг по доверительному управлению и инвестиционному консультированию. Для управляющих это правило уже предусмотрено нормативным актом Банка России. Когда он разрабатывался, мы сотрудничали с ЦБ и практически одновременно приняли свой стандарт. Что касается инвестиционных советников, то требование о составлении ими инвестиционного профиля содержится в законодательных поправках, которые разрабатывались с участием НАУФОР и сейчас рассматриваются в парламенте. Мы считаем, что к этим двум институтам, к управляющим и советникам, должны предъявляться наиболее строгие требования — их операции и советы должны соответствовать инвестиционному профилю клиента.

С брокерами ситуация несколько иная. Если брокер предлагает клиенту финансовые инструменты, то к нему должны применяться правила для инвестиционных советников. Однако во многих случаях клиент приходит с собственной инвестиционной идеей и не спрашивает у брокера совета. В этом случае к нему нельзя применять такие же строгие правила, как к управляющему и советнику. В этом случае это второе, в чем мы согласны с Банком России, — хорошо, если в нормативном акте будет перечислен список инструментов, которые заведомо подходят неквалифицированным инвесторам. Операции с прочими, не вошедшими в этот список инструментами должны быть разрешены неквалифицированным инвесторам только после составления инвестиционного профиля. И в этом мы согласны с Банком России. Здесь, правда, есть отличие в нашей позиции и позиции Банка России: мы думаем, что такой профиль может составлять сам брокер, а Банк России считает, что это должен делать независимый инвестиционный советник.

Впрочем, Банк России допускает, что брокер тоже может считаться независимым советником, если его внутренние процедуры защищают его от конфликта интересов, и если это так, то это отличие несущественно. Существенно другое отличие — в версии Банка России советник должен одобрить операцию, и если он ее не одобрит, то неквалифицированный инвестор ее совершить не сможет. Мы предлагаем более гибкий подход — оставить последнее слово за клиентом, что Банк России допускает только для квалифицированного инвестора.

Мы предлагаем: клиент обращается к брокеру с поручением о приобретении инструмента, который не упомянут в нормативном акте, брокер составляет его инвестиционный профиль, оценивает соответствие инструмента такому профилю и, обнаружив его несоответствие, предупреждает об этом клиента. Более того, он раскрывает клиенту информацию о рисках, связанных с таким инструментом. Но клиент может настаивать на операции, и тогда, как мы считаем, брокер должен иметь право выполнить поручение клиента. Может быть, следует ввести период «охлаждения», который предлагает Банк России, то есть не позволять клиенту давать повторное поручение раньше какого-то срока, но право совершения такой операции должно принадлежать клиенту. Запрет же на совершение операции без разрешения советника нам кажется чрезмерным, чрезмерно патерналистским.

— Если институт финансовых советников станет обязательным, то это еще и приведет к удорожанию услуги брокеров для конечного инвестора?

— Да, удорожит. Инвестиционных советников еще нет, закон, после того как он будет принят, вступит в силу еще через год после этого. Если запрет неквалифицированным инвесторам проводить самостоятельные инвестиции вступит в силу только после вступления в силу поправок про инвестиционных советников, он может испортить эту индустрию, навязывая услуги, когда они не нужны, искажая объективность советников. Поймите, советник — всего лишь советник, его совет будет объективнее, если окончательное решение будет зависеть от самого клиента! В этом случае он согласится и с ответственностью, с которой связана эта деятельность.

Если запрет неквалифицированным инвесторам проводить самостоятельные инвестиции вступит в силу только после вступления в силу поправок про инвестиционных советников, он может испортить эту индустрию.

— На какой стадии находится дискуссия о допуске на рынок финансовых советников?

— Госдума приняла поправки в закон о рынке ценных бумаг, предусматривающие введение регулирования инвестиционных советников. К сожалению, закон не был одобрен Советом Федерации, сейчас обе палаты парламента создали согласительную комиссию для того, чтобы решить, что именно должно быть изменено в законе. Мы надеемся, закон будет принят в осеннюю сессию. Я уже говорил, что после того, как он будет принят, он вступит в силу через год. То есть у индустрии будет достаточно времени, чтобы привести деятельность в соответствие с ним. Я считаю этот закон одним из важнейших для развития розничного рынка ценных бумаг, его задача — повысить качество инвестиционных решений, принимаемых гражданами, а также создать индустрию, содействующую привлечению средств граждан в финансовый центр страны со всей ее территории.

— В чем еще отличия ваших представлений о регулировании рынка от мнения ЦБ?

— Мы предлагаем обсудить круг финансовых инструментов, доступных для неквалифицированных инвесторов. Тот самый список инструментов, брокерские операции с которыми для неквалифицированных инвесторов не будут требовать инвестиционного профилирования и который следует закрепить в нормативном акте. Он, на наш взгляд, должен быть шире, чем список, предложенный Банком России.

Сейчас Банк России предлагает разделить неквалифицированных инвесторов на три класса, в зависимости от суммы средств, которыми они оперируют. Каждому классу будет разрешен свой круг инструментов. При этом наиболее массовой части неквалифицированных инвесторов — тем, у кого не более 400 тысяч рублей, — ЦБ предлагает разрешить приобретать только ОФЗ. Второму классу (с суммой средств от 400 тысяч до 1 миллиона 400 тысяч рублей) будут разрешены инструменты организованного фондового и валютного рынка, но не срочный рынок и не маржинальные операции. Наконец, первому классу (с суммой средств более 1 миллиона 400 тысяч рублей) будут разрешены все инструменты. Думаю, что логика ЦБ заключается в том, чтобы дать людям опыт работы на фондовом рынке с наиболее простыми инструментами и лишь после этого позволить им приобретать более сложные и более рискованные. На наш взгляд, это обедняет инструментарий, доступный инвесторам, лишая многих из них смысла выходить на рынок ценных бумаг. Вот что мы имеем в виду, когда говорим, что изменения могут лишить рынок массового инвестора.

— Что предлагаете вы?

— Мы считаем, что неквалифицированных инвесторов делить на категории не следует. Им всем должен быть предоставлен доступ на организованный рынок, за исключением, может быть, срочного.

— Мы считаем, что неквалифицированных инвесторов делить на категории не следует. Им всем должен быть предоставлен доступ на организованный рынок, за исключением, может быть, срочного. Опять же, напомню, в нашей версии это не означает запрет: в том случае, если гражданин, будучи предупрежден о несоответствии такой операции его инвестиционному профилю и о рисках, будет настаивать на ней, ему это должно быть позволено. То же касается и маржинальных сделок. На наш взгляд, существующие требования к маржинальным операциям кажутся вполне эффективными, однако если существует беспокойство по поводу величины кредитных «плеч», то мы готовы это обсуждать.

— Как вы относитесь к планам ЦБ регулировать комиссии брокеров?

— Вопрос о брокерских комиссиях возник в связи с тем, что конкуренция между брокерами привела к падению комиссий за исполнение поручений, в результате чего брокеры вынуждены искать доходы за счет других операций. Проблема заключается в том, что такая ситуация оставляет мало места брокерам, не использующим активы клиентов. Это нормально, но более сбалансированный подход к источникам брокерских доходов был бы лучше для существования небольших компаний. Попытки исправить ситуацию в настоящее время будут разбиваться об антимонопольные правила.

— На каком этапе находится дискуссия о страховании инвестиций на фондовом рынке, в частности о страховании ИИС? Почему Министерство финансов не пошло на увеличение суммы, с которой возможен налоговый вычет по ИИС? Будете ли и дальше выступать за увеличение этой суммы?

— Мы надеемся, что законопроект о страховании инвестиций на фондовом рынке будет внесен в Госдуму в осеннюю сессию. Также, в осеннюю сессию, мы надеемся на принятие поправок в Налоговый кодекс, предусматривающих увеличение размера взноса на ИИС с 400 тысяч до 1 миллиона рублей. У нас есть согласие в том, что размер взноса на счет будет увеличен, но не будет увеличен размер налогового вычета. Как и сейчас, он будет ограничен 52 тысячами рублей, что составляет 13% с 400 тысяч, чтобы не создавать дополнительной нагрузки на бюджет.

— Как вам кажется, можно ли назвать проект ИИС удачным или неудачным? Почему?

— Я думаю, что нужно взять паузу и подождать еще несколько лет, чтобы оценить эффективность этого инструмента. Думаю, что он эффективен. Мы видим, что спрос на эти счета растет. Мои коллеги из индустрии говорят, что все чаще люди приходят именно за ИИС. Если в прошлом году счета открывали те, кто уже является клиентом брокера, или люди приходили за брокерскими услугами, им рассказывали об ИИС, и они его открывали, то сегодня все чаще приходят именно за таким счетом.

— Это воспринимается как альтернатива депозитам, то есть люди держат на ИИС в основном облигации, консервативные инструменты?

— Да, это альтернатива в том смысле, что доходность консервативных операций на фондовом рынке благодаря ИИС выровнялась с доходностью по депозитам. Что касается инструментов, то люди, открывающие ИИС, пока предпочитают акции. Это, кстати, аргумент в пользу круга операций, доступных для неквалифицированных инвесторов, — люди думают, что раз уж выходить на фондовый рынок, то ради акций. Впрочем, это пока мало показательно. Нам еще предстоит узнать предпочтения инвесторов, когда этот процесс станет более массовым.

— Чтобы все-таки это стало массовым, что должно случиться?

— Во-первых, снижение ставок по депозитам заставит людей искать альтернативу, а ИИС им такую альтернативу предлагают. Во-вторых, обеспечение дистанционного доступа к рынку — это введение упрощенной идентификации, дистанционное заключение договоров. Мы видим, что до 15—20% договоров у 12 брокеров (тех, кто эти сервисы реализовал) заключается дистанционно. Еще около 40 компаний готовятся присоединиться к ним. Счетов, открытых дистанционно с использованием сервиса Единой системы идентификации и аутентификации менее чем за год — около 9 тысяч, а средств на них — 1,2 миллиарда рублей. По нашей оценке, это новые клиенты и новые деньги, которые не пришли бы на рынок, не будь возможен дистанционный доступ. В-третьих, система страхования инвестиций — это очень важно для массового инвестора.

— Должен ли ЦБ привлекать людей на фондовый рынок или это задача самого рынка?

— Думаю, что должен — и как регулятор, устанавливающий правила игры на рынке, и как популяризатор. Это наша общая забота.

Источник: banki.ru

Справка ii24.ru
Национальная Ассоциация Участников Фондового рынка. НАУФОР объединяет профессиональных участников фондового рынка — брокеров, дилеров, управляющих ценными бумагами и депозитариев, а также управляющие компании инвестиционных фондов, паевых инвестиционных фондов и негосударственных пенсионных фондов. Официально зарегистрирована в 1996 году. Ассоциация стала первой саморегулируемой организацией (СРО), общепризнанной на российском рынке, после того, как ею было получено разрешение от ФКЦБ на такую деятельность в 1997 году.

Совет директоров НАУФОР на 21.06.2016
  • Соцсети

  • Аналитика

  • Подпишись на новости!